ЧП на подлодке М-351: как советские моряки спасли утонувшую субмарину

Возможность выжить в аварии на подводной лодке сравнима с шансом уцелеть во время авиакатастрофы в воздухе. Как правило, погибают все, кто в этот момент находится внутри. Если суша к человеку более благосклонна, то воздух и морские глубины отказываются признавать в нём хозяина. Но есть и существенное различие. Любая авиакатастрофа немедленно становится достоянием СМИ, особенно если речь идёт о гражданских самолётах. Весь мир вмиг облетают фотографии остатков фюзеляжа и багажа, разбросанных в радиусе нескольких километров.

А вот передвижения субмарин строго засекречены, ведь скрытность — самое главное преимущество этого судна. Зачастую о выходе подводной лодки в море становится известно только тогда, когда в прессу просачивается информация о связанном с ней ЧП. Так что места подводных трагедий охраняет не только невозмутимая морская гладь, но и гриф секретности.

Подводные войны

Проект подводной лодки разрабатывал еще Леонардо да Винчи, однако впервые в боевых условиях субмарина была применена во время войны американских колоний за независимость. Тогда с её помощью американцы совершили неудачную попытку взорвать британский линкор. Полномасштабные же морские сражения начались во время Первой мировой войны, когда в водах мирового океана действовали около 600 субмарин. Но несмотря на то, что конструкции подводных лодок с каждым годом модернизируются, они не зря заслужили прозвище «стальные гробы». За всю историю подводного флота зафиксировано около двухсот чрезвычайных происшествий, нештатных ситуаций и масштабных катастроф. Всем известна трагическая судьба российской подлодки «Курск», а те, кто следят за новостями, помнят об аргентинской субмарине «Сан Хуан» и индийской «Синдуракшак».

Однако мало кто знает, что в 1957 году этот печальный список едва не пополнился ещё одной трагедией. 22 августа советская подводная лодка Черноморского флота М-351 почти в вертикальном положении вонзилась в вязкий грунт на глубине 83 метра. Благодаря усилиям и стойкости экипажа, а также чёткой организации спасательных работ все подводники были спасены, что делает этот случай уникальным в истории подводного флота. 

«Был ясный солнечный день»

Подводная лодка М-351, тремя годами ранее сошедшая с конвейера в Ленинграде, готовилась к учениям в Чёрном море. Командовал судном капитан 3-го ранга Ростислав Белозёров. Экипаж субмарины должен был отработать срочное погружение, причем до этого он уже три раза успешно справился с данной задачей. Во время четвёртого погружения на заданную глубину 7 метров с судном стало твориться что-то неладное. Субмарина перестала подчиняться экипажу и дала резкий дифферент на корму, а все попытки произвести аварийное всплытие ни к чему не привели. Через несколько минут подводная лодка стала стремительно опускаться и зарылась кормой в вязкий грунт морского дна. Подробное описание событий тех августовских дней мы находим в «Заметках на память» С.С. Колесникова, помощника командира АПЛ М-351.

Как откроется позже, всему виной были недостатки конструкции шахты подачи воздуха к дизелям, которая несвоевременно захлопнулась при погружении. В 6-ой отсек стала быстро поступать вода, что и привело к частичному затоплению подлодки. Из 6-го отсека вода просочилась в 7-ой и, попав на электрощит, вызвала возгорание. Находящиеся в отсеке три матроса и электрик незамедлительно приступили к спасению судна. Ценой немалых усилий они смогли обесточить электрощит и тем самым обеспечили работу судна в ходе следующих нескольких дней. Тем не менее в субмарину уже успело проникнуть более 40 тонн морской воды.

Спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Подводники хорошо знали это жестокое правило и слажено действовали, прекрасно осознавая, что помощь с берега может и не подоспеть. Выпустив на поверхность аварийный буй, они начали борьбу за выживание. После того как главный насос запустить не удалось, было решено переносить воду с помощью всех возможных емкостей в 1-й отсек, где насос работал в штатном режиме. Моряки выстроились цепочкой и начали черпать воду подручными средствами. В ход шли не только вёдра, но даже консервные банки. Осложнялось всё положением субмарины, воткнувшейся в дно практически под углом 45 градусов. Воду приходилось поднимать на высоту почти 50 метров и за первые сутки моряки перенесли более 10 т литров воды.

Однако к ощутимому результату это так и не привело. К тому же концентрация углекислого газа в воздухе сильно повысилась, остро ощущалась нехватка кислорода, а температура внутри судна почти сравнялась с температурой воды за бортом (около 7 градусов). Индивидуальных спасательных средств на субмарине не было, поэтому моряки постепенно начинали терять присутствие духа. Здесь стоит отметить достойное поведение командования подлодки: до самого дня спасения офицеры поддерживали строгую дисциплину, организовали выпуск боевых листков и запись подводников на увольнение в город. 

Чудесное спасение

На берегу исчезновение субмарины заметили не сразу, ведь связь прервалась прежде, чем капитан успел сообщить об аварии. Поэтому спасательная операция началась только спустя сутки. Вдобавок ко всему в это время на море разыгрался шторм. Маршал Г. Жуков, узнав о трагедии, взял дело под личный контроль, пригрозив трибуналом командующему Черноморским флотом. Угроза, видимо, сработала, так как уже на следующие сутки была осуществлена подача кислорода к подлодке и были переданы комплекты тёплых вещей и продуктов, а также восстановлена телефонная связь. Не нужно говорить, что всё это вселило в сердца моряков потерянную было надежду.

Первая попытка вытянуть субмарину с помощью троса провалилась: трос порвался, однако дифферент судна был значительно уменьшен, что позволило подводникам откачать оставшуюся в отсеках воду. Вторая попытка поднять лодку скрывала в себе ещё большие риски: в случае неудачи судно могло непредсказуемо изменить положение. Тем не менее в ночь на 26 августа спасатели зацепили субмарину тремя тросами и принялись вновь вызволять её из морского плена. Медленно, но верно лодка начала поддаваться, и под ликующие возгласы экипажа и гул стравливаемого воздуха субмарина вынырнула на поверхность. Это произошло в 2 часа 30 минут. Моряки более трех суток провели в изнурительной борьбе со стихией и собственным страхом. И чёрная южная ночь показалась тогда многим светлее самого солнечного дня.

Но на этом история не закончилась. Как пишет А.С. Николаев в статье «Три с половиной дня на дне морском», в итоге наградами были удостоены лишь водолазы, участвовавшие в спасательной операции, всего около 10 человек. Героический же экипаж подлодки орденами и медалями обошли. Руководство страны посчитало их виновниками происшествия, которые недостойны каких-либо государственных знаков отличия.

Источник ➝

Запрет на любовь в СССР

15 февраля 1947 года вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР «О воспрещении браков между гражданами СССР и иностранцами». Официально этот запрет объяснялся заботой о советских женщинах, о чем в указе говорилось так: «Наши женщины, вышедшие замуж за иностранцев и оказавшиеся за границей, в непривычных условиях чувствуют себя плохо и подвергаются дискриминации».

Но на самом деле власти беспокоились о другом.

blackmarriage_usssr1

Борьба против интернациональных браков началась в СССР еще в годы Великой Отечественной войны, когда часть советских военных (как мужчин, так и женщин) успела завести семьи в странах Восточной Европы, на территории которых шла война и где в послевоенные годы СССР держал огромные оккупационные войска.

Когда же советские войска начали отводить на родину, то ситуация оказалась непростой — в СССР после войны осталось много одиноких женщин, а мужчины возвращались женатые.

Попытки же бывших медсестер, связисток и летчиц остаться со своими возлюбленными за рубежом расценивались как классовая незрелость. К тому же наша страна была разорена, многие города разрушены, хозяйству и промышленности требовались огромные ресурсы для восстановления, в первую очередь человеческие.

Нельзя забывать здесь и демографический фактор, который также сыграл не последнюю роль в мерах по удержанию в стране здоровых мужчин и женщин детородного возраста. Ведь за годы войны много мужчин погибло, а несколько миллионов советских женщин из оккупированных районов СССР были вывезены в Германию и ее страны-союзницы, и не все из них вернулись обратно.

 

Поэтому, чтобы прекратить «отток» советских граждан за рубеж, указом от 15 февраля 1947 года браки с иностранцами были запрещены. Причем правительство приняло постановление не только запретить браки с иностранцами (иностранками), но и заключенные браки признать недействительными. Эти меры, по мнению историков, стали причиной разрушения семей и судеб многих людей.

Наказание за нарушение указа было соответствующим сталинскому времени — срок по печально известной 58-й статье за «антисоветскую агитацию», под которой подразумевался сам факт заключения брака, сожительства или романа с иностранцем.

Хотя у желающих вступить в брак с иностранцами и после запрета оставалась возможность это сделать (сменить гражданство), отказ от советского гражданства рассматривался как измена Родине, за что полагался расстрел. Также стоит отметить, что одновременно с запретом браков с иностранцами в СССР женщинам запретили делать аборты, а супругам ужесточили условия разводов. И все это для улучшения демографической ситуации в стране.

Запрет на интернациональные браки был отменен вскоре после смерти Сталина, но репрессии против таких брачующихся продолжались еще много лет. При Хрущеве за роман с иностранцами увольняли с работы, препятствовали новому трудоустройству и даже высылали в отдаленные районы страны как тунеядцев.

Сами же браки расценивались как «предательство», осуждались в советской прессе и на «собраниях общественности» по месту работы. Зато КГБ охотно использовало их для внедрения своей агентуры за границей.

 

Но, несмотря на это, репрессии еще продолжаются. Этот подход меняется после VI Всемирного фестиваля молодежи и студентов, который проходит в 1957 году в Москве. Тогда в Белокаменную приезжает около 35 тысяч гостей из 131 страны мира. Девушки и юноши обмениваются рукопожатиями, приветливыми улыбками и заинтересованно изучают друг друга. На этом их отношения далеко не заканчиваются…

В своих мемуарах Алексей Козлов напишет: «События развивались с максимальной скоростью. Никаких ухаживаний, никакого ложного кокетства. Только что образовавшиеся парочки скорее удалялись подальше от зданий, в темноту, в поля, в кусты, точно зная, чем они немедленно займутся. Особенно далеко они не отходили, поэтому пространство вокруг гостиниц было заполнено довольно плотно, парочки располагались не так уж далеко друг от друга, но в темноте это не имело значения. Образ загадочной, стеснительной и целомудренной русской девушки-комсомолки не то чтобы рухнул, а, скорее, обогатился какой-то новой, неожиданной чертой — безрассудным, отчаянным распутством.

Вот уж, действительно, «в тихом омуте…». Срочно были организованы специальные летучие моторизованные дружины на грузовиках, снабженные осветительными приборами, ножницами и парикмахерскими машинками для стрижки волос наголо. Когда грузовики с дружинниками, согласно плану облавы, неожиданно выезжали на поля и включали все фары и лампы, тут-то и вырисовывался истинный масштаб происходящей «оргии». Любовных пар было превеликое множество.

Иностранцев не трогали, расправлялись только с девушками: у них выстригалась часть волос, делалась такая «просека». После чего девице оставалось только одно — постричься наголо и растить волосы заново. Слухи о происходящем моментально распространились по Москве. Некоторые, особо любопытные, ходили к гостинице «Турист», в «Лужники» и в другие места, где были облавы, чтобы просто поглазеть на довольно редкое зрелище».

Через девять месяцев, весной 1958-го, на свет начали появляться «дети фестиваля». У большинства из них была смуглая кожа, так что матерям было сложно скрыть происхождение плода своей тайной любви. Сначала каждый выход ребенка на улицу превращался в своеобразный аттракцион, поскольку темнокожий малыш считался признаком легкого поведения матери.

 

После этого очень быстро в СССР опять легализовали аборты и внесли поправку в советский Семейный кодекс. Тем более что времена менялись, и количество иностранцев в Стране Советов постоянно увеличивалось. Прежде всего, это были выходцы из стран Азии, Африки и Латинской Америки. На рубеже 1950–1960-х годов только один университет имени Патриса Лумумбы ежегодно выпускал 300–350 специалистов.

То есть на протяжении пяти лет только в этом вузе Москвы постоянно проживало около полутора тысяч представителей неевропеоидной расы. Наложить табу на интернациональную любовь было уже очень сложно.

Массовыми репрессии против «неправильной» любви перестали быть при Брежневе, а в 1969 году был пересмотрен и Семейный кодекс — советские граждане получили разрешение на создание семьи с иностранцем, однако чисто формально. В действительности такие браки не приветствовались, от желающих вступить в брак с иностранцами требовали сбора таких документов и в таком количестве, что собрать их было практически невозможно.

К тому же оформить супружеские отношения можно было только в крупных городах СССР и в строго определенных ЗАГСах. Только после распада Советского Союза браки с иностранцами стали возможны без особых ограничений и даже стали популярны.

Популярное в

))}
Loading...
наверх