Что было бы, если бы СССР не заключил пакт Молотова-Риббентропа

Споры о том, насколько оправданным было заключение Сталиным в августе 1939 года пакта о ненападении с Германией – фактически договора о союзе, направленном против Англии и Франции, обострились в связи с 80-летием этого события.

Узкий выбор возможностей

Считается, что инициативу в этом деле проявила гитлеровская Германия. Об этом писал и министр иностранных дел Третьего рейха Риббентроп. Хорошо известно также, что в это же время, в августе 1939 года, Сталин и Ворошилов вели в Москве переговоры с британским и французским уполномоченными о военном альянсе против Германии.

Следовательно, советскому руководству формально было из чего выбирать.

Также хорошо известно, впрочем, что Великобритания и Франция не проявили достаточного интереса к заключению договора с СССР, направленного против Германии. Это выразилось прежде всего в назначении ими таких глав миссий, которые не имели компетенции обсуждать и решать со Сталиным важнейшие практические задачи такого союза и подписывать договоры. Этот роковой просчёт политики западных держав накануне Второй мировой войны признал в своих мемуарах Уинстон Черчилль.

Одной из причин, по которой союз Англии, Франции и СССР в 1939 году не состоялся, стала непримиримая позиция Польши. Польское руководство наотрез отказывалось впускать советские войска как союзные на свою территорию для отражения германского нападения. Оно поставило об этом в известность западные державы, которые были вынуждены считаться с такой позицией Польши. Как говорил верховный главнокомандующий польской армии маршал Рыдз-Смиглы, «если русские войдут на территорию Польши, они уже никогда не покинут её». Ему также приписывается фраза: «С немцами мы рискуем потерять свою свободу, а с русскими – свою душу». В результате Красная армия всё равно вступила в 1939 году в Польшу, но уже не как союзная.

Таким образом, с учётом позиции западных держав и Польши у Советского Союза к двадцатым числам августа 1939 года реально оставались только две возможности – принимать германское предложение или проигнорировать его, вообще никак не вмешиваясь в события, происходящие в Европе западнее советских границ. Сталин выбрал первое. Можно попробовать представить, что произошло бы, если бы советский вождь избрал вторую возможность.

Англия и Франция не собирались «направлять Гитлера на восток»

Следует прежде всего отвергнуть как нелогичные и несостоятельные доводы, будто в случае отсутствия договора о ненападении с СССР Гитлер, после покорения Польши, продолжил бы поход на восток, против СССР, при поддержке правительств Англии и Франции. Это выглядит невозможным по следующим соображениям.

Во-первых, если бы Англия и Франция хотели «направить агрессию Гитлера на восток», им не было бы никакого резона объявлять Германии войну через два дня после нападения того на Польшу. Понятно, что вооружённые силы Англии и Франции оставались бы пассивными в любом случае. Но объявление ими войны Германии никак не вяжется с их якобы «антисоветским» умыслом. И конечно, нелепо выглядит утверждение, что Англия и Франция стали бы помогать Гитлеру в завоевании СССР. Враждебность западных держав к Советскому Союзу в период с сентября 1939-го по июнь 1941-го обусловливалась только тем, что СССР был невоюющим союзником Гитлера. У Англии и Франции, если они хотели показать свои антисоветские намерения, был прекрасный повод объявить войну СССР, когда Красная армия пересекла границу Польши (17 сентября 1939 года) или напала на Финляндию (30 ноября того же года). Но они не стали этого делать даже тогда.

Во-вторых, у германского генерального штаба не имелось тогда планов войны с СССР, рассчитанных на полный разгром и покорение нашей страны. Кроме того, Гитлер не затеял бы войну с Советским Союзом, оставляя фронт с Францией.

Таким образом, угрозы непосредственного военного столкновения ни с Германией, ни с западными державами, ни с мифическим союзом «империалистов против СССР» (который возник только после Второй мировой войны) у Советского Союза в сентябре 1939 года не было в том случае, если бы СССР не заключал никаких договоров, а Красная армия оставалась на старых западных советских границах.

Бездействие казалось менее выгодным для СССР

Пассивность СССР означала бы то, что вермахт оккупирует всю территорию довоенной Польши. В этом случае исходные рубежи для вермахта в случае его предстоящего нападения на СССР находились бы на 150-300 км восточнее, чем они были в действительности в 1941 году.

Сталин прекрасно видел, что британские и французские вооружённые силы будут бездействовать и не окажут помощи Польше. Германия разгромит Польшу в считанные недели. Было бы странно самому оставаться инертным в этот период. Ввод советских войск в Польшу в этот период без согласования с Германией мог привести к нежелательному военному инциденту. Логично было заранее договориться с Германией о разделе Польши, коль скоро сама Польша и западные державы не желали заручаться поддержкой Советского Союза против Германии.

Из двух реальных возможностей Сталин выбрал ту, которая в тот момент сулила непосредственные выгоды СССР. То, что в результате реализации такой политики Германия усилится настолько, что в короткий срок овладеет всей континентальной Европой и нападёт на СССР, в тот момент не предвидел, наверное, никто в мире, кроме Гитлера. Ключевым просчётом Сталина, надеявшегося на взаимное ослабление Германии и западных держав, оказалось внезапно быстрое прекращение сопротивления Франции Гитлеру летом 1940 года. Только с этого времени пакт с Германией стал оборачиваться для СССР своей невыгодной стороной.

Таким образом, альтернатива пакту у Сталина была, но в этом случае он не получал бы Западной Украины, Западной Белоруссии, Прибалтики. То есть осенью 1939 года она выглядела крайне невыгодной.

Предоставим слово Черчиллю, которого нельзя отнести к доброжелателям СССР: «Советскому Союзу было жизненно необходимо отодвинуть как можно дальше на запад исходные позиции германских армий... Им [русским] нужно было силой или обманом оккупировать Прибалтийские государства и большую часть Польши прежде, чем на них нападут. Если их политика и была холодно расчётливой, то она была также в тот момент в высокой степени реалистичной».

Ну а альтернативу в виде союза западных держав и СССР против Германии ликвидировали в тот момент сами западные державы вместе с Польшей.

Источник ➝

Запрет на любовь в СССР

15 февраля 1947 года вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР «О воспрещении браков между гражданами СССР и иностранцами». Официально этот запрет объяснялся заботой о советских женщинах, о чем в указе говорилось так: «Наши женщины, вышедшие замуж за иностранцев и оказавшиеся за границей, в непривычных условиях чувствуют себя плохо и подвергаются дискриминации».

Но на самом деле власти беспокоились о другом.

blackmarriage_usssr1

Борьба против интернациональных браков началась в СССР еще в годы Великой Отечественной войны, когда часть советских военных (как мужчин, так и женщин) успела завести семьи в странах Восточной Европы, на территории которых шла война и где в послевоенные годы СССР держал огромные оккупационные войска.

Когда же советские войска начали отводить на родину, то ситуация оказалась непростой — в СССР после войны осталось много одиноких женщин, а мужчины возвращались женатые.

Попытки же бывших медсестер, связисток и летчиц остаться со своими возлюбленными за рубежом расценивались как классовая незрелость. К тому же наша страна была разорена, многие города разрушены, хозяйству и промышленности требовались огромные ресурсы для восстановления, в первую очередь человеческие.

Нельзя забывать здесь и демографический фактор, который также сыграл не последнюю роль в мерах по удержанию в стране здоровых мужчин и женщин детородного возраста. Ведь за годы войны много мужчин погибло, а несколько миллионов советских женщин из оккупированных районов СССР были вывезены в Германию и ее страны-союзницы, и не все из них вернулись обратно.

 

Поэтому, чтобы прекратить «отток» советских граждан за рубеж, указом от 15 февраля 1947 года браки с иностранцами были запрещены. Причем правительство приняло постановление не только запретить браки с иностранцами (иностранками), но и заключенные браки признать недействительными. Эти меры, по мнению историков, стали причиной разрушения семей и судеб многих людей.

Наказание за нарушение указа было соответствующим сталинскому времени — срок по печально известной 58-й статье за «антисоветскую агитацию», под которой подразумевался сам факт заключения брака, сожительства или романа с иностранцем.

Хотя у желающих вступить в брак с иностранцами и после запрета оставалась возможность это сделать (сменить гражданство), отказ от советского гражданства рассматривался как измена Родине, за что полагался расстрел. Также стоит отметить, что одновременно с запретом браков с иностранцами в СССР женщинам запретили делать аборты, а супругам ужесточили условия разводов. И все это для улучшения демографической ситуации в стране.

Запрет на интернациональные браки был отменен вскоре после смерти Сталина, но репрессии против таких брачующихся продолжались еще много лет. При Хрущеве за роман с иностранцами увольняли с работы, препятствовали новому трудоустройству и даже высылали в отдаленные районы страны как тунеядцев.

Сами же браки расценивались как «предательство», осуждались в советской прессе и на «собраниях общественности» по месту работы. Зато КГБ охотно использовало их для внедрения своей агентуры за границей.

 

Но, несмотря на это, репрессии еще продолжаются. Этот подход меняется после VI Всемирного фестиваля молодежи и студентов, который проходит в 1957 году в Москве. Тогда в Белокаменную приезжает около 35 тысяч гостей из 131 страны мира. Девушки и юноши обмениваются рукопожатиями, приветливыми улыбками и заинтересованно изучают друг друга. На этом их отношения далеко не заканчиваются…

В своих мемуарах Алексей Козлов напишет: «События развивались с максимальной скоростью. Никаких ухаживаний, никакого ложного кокетства. Только что образовавшиеся парочки скорее удалялись подальше от зданий, в темноту, в поля, в кусты, точно зная, чем они немедленно займутся. Особенно далеко они не отходили, поэтому пространство вокруг гостиниц было заполнено довольно плотно, парочки располагались не так уж далеко друг от друга, но в темноте это не имело значения. Образ загадочной, стеснительной и целомудренной русской девушки-комсомолки не то чтобы рухнул, а, скорее, обогатился какой-то новой, неожиданной чертой — безрассудным, отчаянным распутством.

Вот уж, действительно, «в тихом омуте…». Срочно были организованы специальные летучие моторизованные дружины на грузовиках, снабженные осветительными приборами, ножницами и парикмахерскими машинками для стрижки волос наголо. Когда грузовики с дружинниками, согласно плану облавы, неожиданно выезжали на поля и включали все фары и лампы, тут-то и вырисовывался истинный масштаб происходящей «оргии». Любовных пар было превеликое множество.

Иностранцев не трогали, расправлялись только с девушками: у них выстригалась часть волос, делалась такая «просека». После чего девице оставалось только одно — постричься наголо и растить волосы заново. Слухи о происходящем моментально распространились по Москве. Некоторые, особо любопытные, ходили к гостинице «Турист», в «Лужники» и в другие места, где были облавы, чтобы просто поглазеть на довольно редкое зрелище».

Через девять месяцев, весной 1958-го, на свет начали появляться «дети фестиваля». У большинства из них была смуглая кожа, так что матерям было сложно скрыть происхождение плода своей тайной любви. Сначала каждый выход ребенка на улицу превращался в своеобразный аттракцион, поскольку темнокожий малыш считался признаком легкого поведения матери.

 

После этого очень быстро в СССР опять легализовали аборты и внесли поправку в советский Семейный кодекс. Тем более что времена менялись, и количество иностранцев в Стране Советов постоянно увеличивалось. Прежде всего, это были выходцы из стран Азии, Африки и Латинской Америки. На рубеже 1950–1960-х годов только один университет имени Патриса Лумумбы ежегодно выпускал 300–350 специалистов.

То есть на протяжении пяти лет только в этом вузе Москвы постоянно проживало около полутора тысяч представителей неевропеоидной расы. Наложить табу на интернациональную любовь было уже очень сложно.

Массовыми репрессии против «неправильной» любви перестали быть при Брежневе, а в 1969 году был пересмотрен и Семейный кодекс — советские граждане получили разрешение на создание семьи с иностранцем, однако чисто формально. В действительности такие браки не приветствовались, от желающих вступить в брак с иностранцами требовали сбора таких документов и в таком количестве, что собрать их было практически невозможно.

К тому же оформить супружеские отношения можно было только в крупных городах СССР и в строго определенных ЗАГСах. Только после распада Советского Союза браки с иностранцами стали возможны без особых ограничений и даже стали популярны.

Популярное в

))}
Loading...
наверх